brancevАлексей Яковлевич Брянцев, пришел работать в цех карбонильного никеля в 1974 году, в настоящем – начальник Отдела технологического планирования Управления научно-технологического планирования в интервью корреспонденту НИА-Мурманск:

Производство – это мое

Я приехал сюда в 1974 году, пошел к  главному  инженеру Крылову Анатолию Сергеевичу. Мне предложили на выбор несколько профессий, где я мог бы работать:  исследователем заводской лаборатории, в конструкторское бюро и помощником мастера в цех карбонильного никеля.

Я подумал, что чертить это не мое, наука – тоже не мое, а карбонильный – это на самом деле «темная  лошадка», в институтах не давали таких знаний, карбонильное производство в России единственное было на «Североникеле», и о нем не распространялись, но я выбрал именно его.

9 октября 1974 года я утроился помощником мастера. Производство само по себе пожаро- и взрывоопасное, утечки карбонильного никеля для человека в определенных концентрациях смертельные, поэтому я  проходил около полугода помощником мастера, изучал все инструкции, перерисовал все схемы технологические заново, мне помогло это в дальнейшем, потому что там столько номеров трубопроводов, надо знать, что и куда. Ответственность большая. Работал я до 1978 года, после этого перешел в медное производство, где отработал до 1998 года, и в 1998 году ушел в управление Кольской компании начальником отдела технологического планирования. До сих пор там работаю, но связь с карбонильным производством не теряю.

Коллектив, когда я пришел работать, был замечательный. Школа очень хорошая, все на своем месте, приходит бригадир он обязательно все проверит, чтобы смена работала в противогазах, бывает, что в изолирующих противогазах, учились, но зато никаких ЧП не было, поскольку высока была ответственность каждого. Это и в дальнейшей жизни мне помогло, когда я в металлургический цех ушел работать, старшим мастером и заместителем по производству, эта школа на долгие годы. Багаж просто незаменимый.

Если вкратце рассказать о карбонильном производстве, вообще-то у нас карбонильная продукция изначально была запланирована для Советского Союза как продукция двойного применения, то есть и для военных нужд в том числе: туда она вся и расходилась.

Трудные 90-е

А в 90-е годы СССР распался, страна начала трещать, у Сергея Васильевича Платонова (начальник цеха карбонильного никеля комбината «Североникель») на складе было более 4000 тонн карбонильной продукции. Вопрос стоял об остановке и закрытии. Что делать с этим? Продукция не востребованная, никому она в России оказалась не нужна. Сергей Васильевич тогда занимался строительством и пуском установки спецпорошков на небольшой установке, метр в диаметре. Она впоследствии и позволила цех поставить на ноги. И тот же Сергей Васильевич сказал, что такой порошок нужен за границей, туда и будем его продавать.

На самом деле это очень востребованная в мире продукция. Да, она специфическая, но успешно продается на лондонской бирже. Производителей всего два: мы и канадская компания.

От истории – к будущему

Если об истории говорить, надо сказать, что в 1889 году английский ученый получил впервые  никель карбонильным способом. В 1929 году был построен завод уже в  Англии. Ну а у нас в Советском Союзе появилось это после войны. То есть в 1945 году советское правительство приняло решение аннексировать лабораторию в Германии и вывезло оттуда все оборудование, документацию. Приняли решению передать все Днепроникелю, создать на его базе лабораторию. Правительство понимало ценность карбонильной продукции.

Порошковая металлургия имеет достаточно хорошее будущее, сразу хочу сказать, что это практически безотходное производство. У нас, например, если для машины что-то нужно выточить, деталь на установку ставится, прессами обрабатывается и формуется. Порошковая металлургия – у нее совершено иной подход, шведы покупали у нас в свое время железные и никелевые порошки, полученные карбонильным производством, и прессовали нагреванием, получалась уже готовая заготовка, которая не требовала дальнейшей обработки. Это технология будущего. Они так и работают. Когда мы с ними подружились в этом плане, стали продавать продукцию, качество не уступало канадским порошкам. Конечно, это очень приятно, маленькая победа. Теперь у нас задача двигаться дальше.

Назад