goroxovАнатолий Алексеевич Горохов, до 1999 года работал начальником цеха карбонильного никеля, в 1994 году удостоен почетного звания "Заслуженный металлург Российской Федерации"  в интервью корреспонденту НИА-Мурманск:

В 1962 году строился цех карбонильного никеля. Там работал мой товарищ, он и посоветовал пойти туда работать. Пуск цеха был 26 декабря 1963 года. Я работал аппаратчиком, потом мастером, старшим мастером, начальником участка, 10 лет проработал главным инженером этого цеха и в 1999 году вышел на пенсию.

Наиболее значимые события это, конечно, пуск цеха. Кадры для цеха были набраны в 62-ом году, с комбината были взяты молодые, энергичные мастера, рабочие и офицеры Советской армии. Готовили цех к пуску. Цех состоял из нескольких отделений. Технология производства была взята с установки, которая работала в Дзержинске, в Нижегородской области. По технологии там получали железо тетро-карбанильного железа, и одна установка работала на тетро-карбонил никеле. Эта установка была вывезена с Германии после войны. Вот на основании этой установки мы и построили свою технологию.  Дальше было отделение получения окиси водорода, это необходимо для процесса получения карбонила.

Первое отделение цеха – это отделение синтеза. Второе отделение – это отделение ректификации. Карбонил никеля испаряется при 43 градусах, а кобальт и железо где то приблизительно 80-90 градусов. Вот колонны ректификации подают температуру 50-60 градусов, идет испарение никеля. А остальные металлы выпадают в осадок, потом отделяются, и получаются чистые порошки никелевые. То есть сама технология обеспечивает получение чистого металла с небольшими примесями. Там всего 10 тысяч приблизительно, промышленности нужны самые чистые металлы.

Из всех карбонилов - тетро-карбонил – самый ядовитый, он взрывается на воздухе и горит, а самое главное, что он очень ядовитый. И когда пускали производство в 30-х годах в Германии, потом в Англии, там много людей отравилось из-за того, что не знали, как это все делается. У нас же на комбинате безопасности уделялось большое внимание.

Конечно, в любой работе есть сложности. Во-первых, сложное оборудование. Например, в то время, пока мы строили цех, ужесточились требования к трубопроводам, к металлам, к оборудованию, особенно высокого давления увеличились. Пришлось часть оборудования и запорную арматуру отправлять в Англию на переделку.

Дальше, когда цех стали пускать, получилось так, что компрессора, которые дают 300 атмосфер и качают окись углерода, начали вибрировать. Раз вибрация - разгерметизация, работа потеряна. Было найдено решение поставить буферные емкости, и все прекратилось.

В 1994 году, когда я получил звание Заслуженного металлурга, цех работал устойчиво, выполнял план, осваивал новые установки – например, установку дроби. Также была построена спецустановка получения легких порошков, которые идут для аккумуляторов. Чем легче порошок, тем легче их развита поверхность. Эти порошки шли в аккумулятор и давали в аккумулятор емкости большие и дольше служат. Такая установка в 88-ом году была построена, освоена. Были освоены десятки порошков. Думаю, за устойчивую и стабильную работу и получил звание, просто так его не дают. 

Назад